Беседы с Гойко Митичем. Часть 3

26.12.2015 | Гойко Митич, ИНТЕРВЬЮ / ПЕРСОНЫ | 6 коммент. | Автор:

Третья, предпоследняя часть нашей беседы с Гойко Митичем (см. Часть 1, Часть 2) посвящена «индейским фильмам» гэдээровской студии ДЕФА, которые сделали Гойко фантастически популярным во всех странах бывшего социалистического лагеря, и не только в них. Мы поговорим о том, как снимались эти киноленты, о коллегах по съемкам и о многом другом.

 

Часть 3-я. «Индейские фильмы» студии ДЕФА

Гойко Митич в вестерне «Чингачгук — Большой Змей» (1967)
/ в нашем прокате с июля 1968 года

– Если Вы не против, давайте вернемся к Вашим знаменитым «индейским фильмам»…

Хорошо, давайте…

– Как получилось, что Вы стали сниматься в главных ролях в вестернах студии ДЕФА?

Волей случая. Когда в ФРГ хорошо пошли «майевки», берлинская студия ДЕФА решила снимать свои «индейские фильмы». Занялся ими Ханс Малих – руководитель кинопроизводства студии ДЕФА. Это его идея. Все вокруг были против, а он один никого не слушал, сумел настоять на своем и создать новое «индейское» кино. Понятно, что о Карле Мае тогда не могло было быть речи из-за проблем с правами, которые предусмотрительно были выкуплены западногерманскими продюсерами. И тогда Малих обратился к Лизелотте Вельскопф-Генрих. Ее произведения подходили лучше, корни повествований уходили глубоко в историю, ее книги были более достоверны и с этнографической точки зрения. В поисках природных мотивов организаторы съемок отправились в Югославию, где планировали заодно найти и исполнителя главной роли молодого вождя дакота Токей-Ито. Они искали, как могли, но безуспешно. Чуть ли не в последний день обратного вылета они уже собирались продлить контракт на пребывание в Югославии, как вдруг где-то на студии увидели мою фотографию. «Вот этого человека мы искали! Где он?» Я тогда планировал покататься на лыжах, все уже подготовил, собрался и только хотел выйти из дома, как зазвонил телефон. Подойти – не подойти? Все же вернулся. Оказалось, что звонили из секретариата союза кино Югославии. Из трубки: «Вы должны срочно приехать к нам!» «Но я сейчас уезжаю кататься на лыжах!» – отвечаю. Секретарша была сильно взволнована и убеждала меня приехать как можно скорее, потому что представители немецкой киногруппы скоро улетают. В конце концов, вместо лыж я поехал на встречу. Когда я у них появился, меня ждал Ханс Малих. «Вы умеете скакать на лошади?» – спросил он по-немецки. Переводчик перевел мне эту фразу, поскольку тогда я говорил далеко не так, как сейчас, хотя немецкий изучал. На что я ответил, уже по-немецки, что умею и могу показать хоть сейчас. «О, да он знает немецкий!» – чуть ли не хором воскликнули Малих и присутствующий режиссер Йозеф Мах. Они тут же налили сливовицы и подняли рюмки. «За Токей-Ито!» – таким был их тост. Мало того, что я не пью, я совершенно не понял, о чём или о ком шла речь. Тогда Мах с улыбкой пояснил мне, наконец, что они предлагают мне главную роль в будущем фильме. В тот момент до меня дошло, как изменчива жизнь. Ведь не подойди я к телефону – ничего бы не было. Я бы не снялся в фильме. Да и здесь сегодня мы бы не сидели. Вот так фильм «Сыновья Большой Медведицы», вышедший на экраны в 1966 году, определил всю мою дальнейшую жизнь.

Гойко Митич в первом вестерне ДЕФА «Сыновья Большой Медведицы» (1966)
/ в нашем прокате с января 1967 года

– По сути, Ханс Малих – Ваш крестный папа?

Можно и так сказать. Он был директором не только первого фильма, но и всего «индейского» проекта. Добрый характер, порядочен во всем! Малих все и везде пробивал сам. Без него точно не было бы никаких «индейцев» на ДЕФА. К сожалению, его уже нет в живых.

– Но у него есть сын, Хольгер, игравший Пэта Петерссона в фильмах «След Сокола» и «Белые волки».

Да, Хольгер Малих тоже был актером. В свое время он много снимался. Позже стал театральным режиссером. Его пьесы, посвященные легендарному морскому пирату Штёртебекеру, неоднократно ставились на открытой сцене так называемых летних фестивалей на острове Рюген. Это, по сути, истории про немецкого Робин Гуда.

– Давно хотел у Вас спросить… А все-таки кто Ваш любимый режиссер «индейских фильмов»?

Трудно сказать…

– Может быть Готтфрид Кольдитц? Или Конрад Петцольд?

Режиссер Готтфрид Кольдитц
/ Фото: DEFA-Pathenheimer

Ну, с Готтфридом Кольдитцем мы потрудились довольно много. С доктором Кольдитцем мы вместе написали два сценария к фильмам «Апачи» и «Ульзана». Тогда Кольдитц где-то раскопал историю о резне апачей в городке Санта-Рита. Потом мы вместе развили эту тему. К сожалению, во время подготовки к ленте «Скаут» (в нашем прокате — «Вождь Белое Перо»), моему последнему «индейскому фильму», он неожиданно скончался. Вместо него за дело взялся «Кони» Петцольд… Вообще, мне хорошо работалось со всеми режиссерами. С кем-то мы много снимались, с кем-то мало. Конечно, легче сказать, чем сделать, — в реальности найти взаимопонимание нелегко. Но я принимаю людей такими, какие они есть. Вместе всегда можно найти выход. Именно вместе. И результаты тогда всегда лучше.

– Вероятно, это же касается и режиссера первого гэдээровского вестерна Йозефа Маха? Что Вы можете о нем рассказать?

Режиссер Йозеф Мах
Режиссер Йозеф Мах (справа) и актер Ханьо Хассе во время съемок

Йозеф Мах был человек очень интересный. Когда ДЕФА собралась снимать первый «индейский фильм», ни один режиссер студии не хотел этим заниматься. Они говорили: «Ну, что это, какие-то индейцы… Мы хотим заниматься большим искусством!» И тогда за фильм взялся чешский режиссер Йозеф Мах, очень хороший человек. Он, кстати, предусмотрительно взял с собой чешского кинооператора Ярослава Тузара. Оба, так сказать, «воробьи стреляные», имевшие большой опыт в приключенческом жанре. Подчеркну, что работать с Махом было одно удовольствие. Он всегда что-то предлагал, что-то выдумывал или добавлял, часто обсуждая это с нами. Жена Маха называла его «Пепико». Бывало так, я спрашивал: «Ну, Пепико, как будем делать? Может так?» Он отвечал: «Ну, да, да… давай, делай так!» И это было здорово. Отличная работа! Такого «экшен»-фильма про индейцев никто раньше в ГДР не снимал. Это был чистой воды эксперимент. Либо пан, либо пропал. И Йозефу Маху это удалось. Да и для меня тоже это был большой успех. Я сыграл главную роль, впервые попал на киноэкран в ГДР. Я думал, что, вот, сняли фильм, и на этом все. Но на премьере я увидел огромное количество людей. Все, что мне пришлось пережить, просто невероятно. Только я прилетел обратно, еще не распаковал чемоданы, а уже снова телефонный звонок. Руководитель съемок Ханс Малих: «Только не отказывайся! Мы делаем следующий фильм!» Я ответил: «Хорошо. После всего пережитого я, конечно, согласен». Так уж случилось, что 12 «индейских фильмов» сняли потом почти один за другим. Но большая заслуга Йозефа Маха, что именно первый фильм получился.

– В «Сыновьях Большой Медведицы» была сцена поединка Токей-Ито с Громом Гор, которого играл Милан Яблонский…

Да, верно. Милан Яблонский, как и я, учился в академии физкультуры. Благодаря этому очень многое в фильме мы могли делать вместе.

Гойко Митич против Милана Яблонского в фильме «Сыновья Большой Медведицы» (1966)

– А Вы не помните точно, где снимали ту сцену поединка? В нынешней Боснии?

Тогда это была Югославия. Место расположено выше Дубровника, в районе долины Зупци, недалеко от Требинье. Но вот точнее назвать не могу. Помню, что там был луг. Какую-то часть еще доснимали в ГДР. Мы тогда во время съемок очень много разных мест посетили. У меня, к сожалению, не было цели запомнить все названия. Мы – актеры, больше были озабочены тем, чтобы все подготовили, чтобы грим лежал на месте… Иногда просто спали в дороге… Поэтому далеко не всегда можно точно назвать те места, где мы были.

– А реку Миссури?

Миссури… Ее снимали в разных местах. Сцена, когда индейцы заходят в воду и собираются переправиться вместе со своим скарбом, — это окрестности Потсдама. Местечко называется Капут. Панорама реки на экране, когда звучит мелодия и женский вокал поет: «О, Миссури, верни мне моего любимого…» — это река Дунаец (в нашем прокате песню вырезали, а река Дунаец протекает вдоль нынешней словацко-польской границы). Да, сняли в разных местах, а потом смонтировали.

Кадр из фильма «Сыновья Большой Медведицы» (1966)
/ Место съемок: Капут, окрестности Потсдама

– В следующем Вашем фильме «Чингачгук – Большой Змей» есть сцена, где Вы стоите у дерева в плену у гуронов. В Вас летят стрелы, они впиваются в ствол в миллиметрах от Вашего лица, но Вы даже не моргаете. Как удалось так правдоподобно все это снять?

Это кинотрюк. Стрел было восемь-десять. У каждой с обоих концов имелись два маленьких колечка. Через них продевалась тонкая проволока или леска, специально покрашенная так, чтобы быть незаметной для зрителя. Ее крепили к дереву с одной стороны и натягивали на некотором расстоянии от ствола, у которого я стоял. Стрелки пускали стрелу за стрелой, которые скользили точно вдоль натянутых лесок по своим направлениям. Крупным планом показывали момент, когда стрелы впивались в ствол надо мной, позади и сбоку. Все это, конечно, было не так просто. В первом дубле одна стрела сорвалась, завертелась, задела мне голову, нос… Понятно, что я выругался… Дубль был испорчен. Пришлось переснимать, а мне — смотреть на эти стрелы, которые, казалось, летят прямо в глаз. Но во второй раз обошлось. Эта сцена в студии потом не монтировалась. Как сняли, так и показали.

Гойко Митич в вестерне «Чингачгук — Большой Змей» (1967) / Кадр из фильма

– После «Чингачгука» Вы снялись в дилогии о Зорком Соколе.

Первым фильмом был «След Сокола». Его снимали на Кавказе, в Грузии. Там очень красивые горные ландшафты. К нашей неожиданности, пришлось потерять очень много времени из-за проливных дождей, разразившихся в том году. Мы буквально ловили хорошую погоду. Грузины, как водится, были чрезвычайно гостеприимны, но это порождало проблемы. Если мы вместе с ними заходили куда-нибудь перекусить, ни разу не обходилось без спиртного. Обязательно надо выпить за папу, за маму, не забыть про сестру, брата, потом – за того, за другого… никого нельзя забыть, иначе – обида. Я обо всем этом знал, меня предупреждали заранее. Хотя сам я не пью, просто так отказаться у меня шансов не было. Тогда я придумал историю, будто у меня есть болезнь, и врач запрещает мне алкоголь. Как ни тяжело им было в это поверить, ничего другого не оставалось. Я быстро освоился с их минеральной водой, которую мне якобы прописали. Так и сидел с ней постоянно. В общем, меня больше не трогали. Вторую часть под названием «Белые волки» мы снимали уже в Югославии. Сначала приехали в Сплит, а оттуда отправились вглубь страны. Несколько сцен было сделано у большого горного массива Динара, затем снимали в ГДР.

Гойко Митич в первой части дилогии о Зорком Соколе — «След Сокола» (1968)
/ в нашем прокате с апреля 1970 года / Фото: DEFA-Pathenheimer

– В «индейских фильмах» всегда участвовали и немецкие каскадеры…

Все верно, в кино с нами всегда было несколько очень хороших ребят.

– Например, Вильфрид Цандер…

Да, конечно. Вильфрид Цандер был удивительным человеком. Отлично умел обращаться с лошадьми, он разводил собственных. Был у него один конь, точнее кобыла. Чуть потянешь поводья, а она уже сама по себе ложится моментально, и ничего другого с ней делать не надо. Да, да, вот он, Вильфрид (Гойко рассматривает фотографии на обложке старого журнала). Однажды он сделал трюк, очень рискованный, надо сказать. Мы снимали как раз в Грузии все тот же «След Сокола». Он поднимает коня на дыбы, тот делает «свечку» и вдруг неожиданно теряет равновесие. Они оба заваливаются, падают назад. А под ногами там совсем не мягкая земля. Там – настоящий крутой обрыв. Я закрыл глаза. Думаю, все, конец. Потом открываю – боже, жив! Вильфрид поднимается и так спокойно говорит Кольдитцу: «Ну, как? Может еще раз?» Кольдитц ему: «Ты, что? Ради бога, больше не повторяй это! Все, все, хватит!..» Был очень хорошим человеком, но проделывал крайне рискованные вещи. Я тоже делал много дублей, при этом всегда максимально концентрировался, чтобы не было никакого необдуманного риска. Но, конечно, всегда что-то могло произойти, и ты должен быть готов правильно и четко оценить ситуацию. Что будет, если я, актер, сломаю ногу или еще чего-нибудь? Мы ведь тогда были не где-нибудь, а на Кавказе! Если что-то случится, мы не сможем дальше снимать. Для меня это было большой ответственностью. Сегодня все по-другому – сегодня ты уже не имеешь право сам решать. Сегодня для опасных сцен сразу привлекаются дублеры…

Вильфрид Цандер в вестерне «След Сокола» (1968)
/ Фото: Blasig, DEFA-Pathenheimer

– Раз мы говорим о Грузии, давайте вспомним грузинскую актрису Лали Месхи, которая также играла в дилогии о Соколе.

Лали Месхи была очень молоденькой девушкой, немного застенчивой. Но она хорошо справилась со своей ролью.

Лали Месхи и Гойко Митич в вестерне «След Сокола» (1968) / Фото: DEFA-Pathenheimer

– Она была на премьере фильма в ГДР?

Да, она тоже была на премьере. Мы вместе посетили тогда несколько городов. Ее выбор на роль оказался очень удачным, ее лицо хорошо подходило для роли индианки. Но ей не повезло. Все женщины, которых я любил, должны были умереть. Я имею в виду только моих партнерш по фильмам (смеется). Большинству из них приходилось погибать.

– Кстати, легендарный «ковбойский» город Тэнглвуд из дилогии о Соколе, построенный в ГДР, выглядел очень аутентично…

Да, киношный Тэнглвуд был как настоящий. Несколько лет назад во время поездки в США мы посетили бывший городок золотоискателей Дэдвуд, расположенный недалеко от священных индейских гор Блэк-Хилс. В тех местах, о которых говорится в фильме. Конечно, такие города давно уже выглядят иначе, нежели в старые времена. Дэдвуд известен тем, что голливудский актер Кевин Костнер построил там игротеку, точнее казино. Мы решили посетить это заведение, прославившееся очень любопытными интерьерами. К сожалению, мою камеру пришлось оставить снаружи – съемка внутри запрещена. Там на стенах развешены настоящие костюмы, в том числе и индейские, другие реквизиты, использованные в кино. В реальном Блэк-Хилс был снят «Танцующий с волками» и другие фильмы. Много фотографий, рассказывающих о съемках той или иной сцены. Места, где все происходило, там тоже можно посетить. Это очень интересно! Можно было бы и в Хорватии создать что-то подобное, а мы могли бы показать, рассказать, где и что было снято… Но, должен сказать, хорваты сегодня вероятно знают об этом лучше нас. Ведь это с их стороны было все обеспечение, часть съемочной группы, обслуживающий персонал, каскадеры… Не могу поверить, что его больше нет (Гойко с тяжелым вздохом возвращается к фотографии Луки Кнежевича). М-да…

– В «Белых волках» есть такой момент: индеец из племени дакота Хитрая Лиса в исполнении Слободана Димитриевича бросает динамит, а Вы…

А я стреляю, да? И точно попадаю (улыбается). Я и в жизни хорошо стреляю.

Гойко Митич и Слободан Димитриевич в вестерне «Белые волки» (1969)
/ в нашем прокате с мая 1970 года / Фото: DEFA-Pathenheimer

– А где снимали эту сцену?

Тоже в Югославии.

– Расскажите, пожалуйста, как сложилась дальнейшая судьба неразлучной пары из этих фильмов: Сэма Блейка и Пита Хилла? Я имею в виду актеров Фреда Дельмаре и Хельмута Шрайбера.

О, Фред Дельмаре… он был великим актером! Судьба его сложилась печально. Под конец жизни он играл в одном телесериале, который снимали в Лейпциге. Как-то раз мы с ним там встретились. Долго разговаривали. Фред был очень рад, но я заметил во время разговора, что с его речью что-то не так. Вскоре его здоровье совсем ухудшилось, его поместили в больницу, где он умер. Видимо, это болезнь Альцгеймера… Он был уже в возрасте. А буквально вчера перед самым отъездом в Москву случайно по телевизору увидел фильм с Хельмутом Шрайбером… Не могу поверить, что его тоже нет с нами. Очень жаль, очень! Что тут скажешь… Он был отличным коллегой по работе, но страдал тяжелой болезнью. При этом много курил, выпивал… Вероятно, это его и погубило раньше времени. Ведь в таких случаях болезнь побеждает быстрее. Но он продолжал играть, будучи тяжело больным, до последних дней. Такие судьбы… А когда мы снимались в Грузии и коротали время в ожидании хорошей погоды, часто вместе резались в скат (распространенная в Германии карточная игра) или покер… Вот так…

Фред Дельмаре и Хельмут Шрайбер в вестерне «След Сокола» (1968) / Фото: DEFA-Pathenheimer

Беседу вёл , 11.10.2015

 

ЧИТАЙТЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ

Янв 03

Беседы с Гойко Митичем. Часть 4

Гойко МитичИНТЕРВЬЮ / ПЕРСОНЫ

В четвертой, заключительной части нашего долгого разговора Гойко Митич продолжит рассказ об «индейских фильмах» студии ДЕФА.

ЧИТАЙТЕ НАЧАЛО

Ноя 13

Беседы с Гойко Митичем. Часть 1

Гойко МитичИНТЕРВЬЮ / ПЕРСОНЫ

В первой части нашего долгого разговора мы поговорим с Гойко Митичем о популярности, об актерской профессии, о музыке, коснемся и индейской мудрости...

Ноя 22

Беседы с Гойко Митичем. Часть 2

Гойко МитичИНТЕРВЬЮ / ПЕРСОНЫ

Во второй части нашего долгого разговора Гойко Митич расскажет о старых западногерманских экранизациях Карла Мая, а также о съемках новой версии «Виннету».


*** © Winnetou.Ru При полной или частичной перепечатке материалов ссылка (гиперссылка) обязательна

ДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ



КОММЕНТАРИИ: 6


  • Dzhotti Dzhotti 20.02.2016 в 14:34 | Ответить

    Во время пресс-конференции с Гойко Митичем, которая состоялась после этого интервью, переводчик Гойко Константин Бёгель рассказал смешную историю, которая иллюстрирует популярность Гойко Митича в момент тогдашнего первого показа его фильмов. Были съемки в Болгарии. Когда выдался свободный день, актеры отправились погулять по городу. Зашли в тир. Конечно, вся съемочная команда решила пострелять — кто лучше? Победил, естественно, Гойко Митич. За первое место полагалась награда. И бабушка, которая была в тире «вагоновожатая», вынесла ему… медальон, на котором был изображен портрет Гойко Митича! Вот такой реальный анекдот. Все тогда очень смеялись.


  • Творец Творец 10.03.2016 в 14:12 | Ответить

    В юности занимаясь конным спортом ( благодаря фильмам с Гойко ), я спросил своего тренера: — Какой фильм про индейцев с участием Гойко Митича вам нравится больше всех ? Он немного подумал и ответил : — Самый лучший фильм это » Сыновья Большой Медведицы «. К своему удивлению, я, казалось бы не пропустивший ни одного известного с Гойко фильма поймал себя на мысли, что до сих пор не видел самого лучшего фильма, конечно же я был заинтригован. Когда предоставился случай посмотреть я по достоинству оценил этот фильм, местами урезанный — как выяснилось гораздо позже, но захватывающий. Тренер был прав. В фильме » След Сокола » меня тоже поразила работа каскадёров, мне даже казалось, что без смертельного случая не обошлось на съёмочной площадке это именно та сцена где лошадь опрокидывается со «свечки» на спину и под гору, подминая собой седока, буквально втирая его в землю. Другой момент — схватка Сокола на крыше вагона, он сбрасывает с себя противника и тот беспомощно летит на землю лицом вниз, с силой ударяясь об неё. Учитывая высоту вагона, а это около 4 метров и скорость движения состава, ощущения после падения не из приятных. Даже просто спрыгнуть со второго этажа весьма опасно. Несмотря на это где мы только не лазали в каждом из нас жил Гойко Митич — Чингачгук, Зоркий Сокол, Ульзана !


    1. Big Chief Big Chief 10.03.2016 в 22:12 | Ответить

      Мой выбор среди фильмов Митича: «Белые волки», «След Сокола», «Текумзе» и «Апачи». Нас, тогдашних пацанов, эти ленты конечно же сподвигали на «подвиги». Все заборы, крыши, гаражи и высокие деревья были «нашими»… 🙂


  • Творец Творец 10.03.2016 в 23:24 | Ответить

    Пусть Гойко наградили именем Волк и ему это нравится, но я ассоциирую его с Соколом.


  • vozhd 20.04.2016 в 21:06 | Ответить

    Вот уж спасибо за информацию по поводу стрел у столба пыток в «Чингачгуке…». Я — то всю жизнь думал, что собрались десять олимпийских чемпионов и по команде пальнули, а Митичу приказали не моргать. Но оказалось — всё сложнее. Молодцы, здорово придумали.


  • WilliamMatt 20.05.2016 в 04:40 | Ответить

    Wow, great article.Thanks Again. Fantastic. Mcclearen



ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ