Маша Мериль: «Я опасалась Стюарта Грейнджера»

23.08.2020 | Дамы Дикого Запада, Юбилеи | 0 коммент. | Автор: ,

 Маша Мериль
«Русская француженка» Маша Мериль / фото: © Pascal Gascuel

Нынешний год богат на юбилеи. Едва успели отметить 80-летие Гойко Митича, за ним — 80-летие Мари Версини. И вот, 3 сентября 2020 года французской актрисе и писательнице Маше Мериль, а точнее русской княжне Марии-Магдалине Владимировне Гагариной, вдове знаменитого композитора Мишеля Леграна, тоже исполняется восемьдесят!

Знатоки нашей темы в курсе, но все же напомним: Маша Мериль сыграла в экранизации Карла Мая «Нефтяной принц» / Der Ölprinz (1965) дочь переселенца Лиззи. Честно говоря, это всего лишь маленький эпизод ее насыщенной событиями кинокарьеры.

Кинодебют Маши, будущей иконы французской «новой волны», состоялся в 1959 году, после чего она снялась более чем в 100 кино- и телефильмах, в том числе у таких известных режиссеров, как Жан-Люк Годар, Луис Бунюэль, Клод Лелуш, Бертран Блие, Иштван Сабо, Райнер Вернер Фассбиндер. Со временем мадам Мериль сама стала кинорежиссером и продюсером, создав собственную кинокомпанию «Маша-фильм» / Machafilm. А еще позже выпустила несколько романов, автобиографий и пьес для театра.

Она работала с величайшими мастерами кино, играла в театре, путешествовала по миру. Можно без преувеличения сказать, что она прожила тысячу жизней, но без звездной суеты, без бахвальства.

О встрече с мадам Мериль, где она вместе с хорватским актером и мастером ФИДЕ Маринко Чосичем стала почетным гостем одного из фестивалей «По следам Виннету», мы уже писали в 2017 году, поэтому повторять историю Маши сегодня мы не будем. А вот нашего доброго друга Маринко Чосича за большую помощь в подготовке этого материала поблагодарим отдельно. Спасибо, дорогой Марин!

 Маринко Чосич и Маша Мериль
Маринко Чосич и Маша Мериль. Встреча через 50 лет! 2017 год / фото: © Helmut Steinacher

Постигшее ее несчастье — уход из жизни Мишеля Леграна — остается незаживающей раной. Но она полна жизни. Никаких причитаний, никакой жалости! Через месяц после смерти Мишеля она закончила работу над книгой «Ваня, Вася и дочь Васи» / Vania, Vassia et la fille de Vassia, рассказывающей о непростой жизни русских казаков, эмигрировавших во Францию после революции. Работа была начата в день последнего выступления композитора в филармонии. Таким образом она исполнила волю покойного, который страстно желал, чтобы Маша написала свою книгу, в которой воплотились бы истории, услышанные ею еще в детстве. «Мне нужно было что-то сделать, чтобы сказать ему, что он был прав, любя меня», — подчеркнула Маша в одном из интервью.

С Россией ее связывают не только происхождение, но и культурные узы. Она не раз здесь бывала, предпочитая Москве Санкт-Петербург: «Я боюсь российскую столицу, такую шумную, агрессивную, скоростную…» Там еще сохранились дома, принадлежавшие ее семье. В одном из них сейчас находится Дом архитекторов.

 Маша Мериль и ее последняя любовь Мишель Легран
Маша Мериль и ее последняя любовь Мишель Легран / фото: © LP, Frédéric Dugit

Еще летом 1967 года во время Международного кинофестиваля в Москве она познакомилась с Андреем Кончаловским и вывезла для показа во Франции его «Историю Аси Клячиной», положенную в Союзе на полку. Тогда же было опубликовано первое в советской прессе ее интервью.

В 2007-м в Санкт-Петербурге представляла свою книгу, посвященную выдающейся женщине и писательнице Колетт.

В 2018-м на Фестивале российского искусства в Каннах Маша Мериль из рук российского посла во Франции получила почетный знак «За выдающийся вклад в укрепление культурных связей между Россией и Францией».

В апреле 2019-го в рамках очередного Московского международного кинофестиваля Маша представила ретроспективу французских фильмов, среди которых была лента Мишеля Девиля «Очаровательная лгунья» / Adorable menteuse (1962), в которой она сыграла вместе с Мариной Влади. В кинозале Третьяковской галереи, где шли показы, Маша Мериль дала небольшое интервью корреспонденту телеканала «Культура»:

Да, освежающая энергия бодрящего смеха Маши заряжает оптимизмом!

Пандемию Маша Мериль пережидает в замке под Парижем, редко выезжая в столицу. Но и там она полна творческих планов. Совсем скоро, 15 сентября 2020 года она выйдет на сцену театра «Пош-Монпарнас» в премьерном спектакле «Ведьма»по произведению Маргерит Дюрас.

А сегодня мы представляем, если можно так выразиться, «сборное» интервью Маши Мериль, для которого из дюжины источников, как известных, так и малодоступных русскоязычному читателю, мы отобрали наиболее интересные вопросы и ответы.

— Мадам Мериль, Вы говорите по-русски?

К сожалению, нет. Моя мама перестала говорить с нами по-русски после смерти отца … а мне было тогда всего 4 года! Она была полиглотом и принадлежала к тому поколению русских аристократов, которые с раннего детства говорили на четырех языках. У нее было четыре гувернантки: англичанка — для хороших манер, француженка — для вечеринок и… лишения мальчиков невинности, немецкая репетиторша — в школе, а русская няня — для теплоты очага и колыбельных песен. Ежедневно за столом они по-русски не разговаривали.

— Какую из своих ролей Вы считаете наиболее удачной?

В фильме Годара «Замужняя женщина» / Une femme mariée: Suite de fragments d’un film tourné (1964). Также в биографическом сериале о писательнице Колетт, где сыграла главную роль. Любопытно, что каждая из четырех серий называлась по имени одного из ее мужей. Эта история женщины, стремившейся быть независимой, отражает и мою борьбу за личную свободу — борьбу, в которой кино, считаю, является отличным оружием.

 Кадр из фильма Годара -Замужняя женщина-
Маша Мериль в фильме Жана-Люка Годара «Замужняя женщина» (1964)

— Вы вдохновляете величайших режиссеров. Как Вы познакомились с Годаром?

Свой день рождения мы не выбираем, но как мне повезло в свои 25 лет, когда нахлынула «новая волна»! Годар? Он позвонил мне. Он удивительный человек, художник, оставивший свой след в жизни не только в кино. Он поэтизировал свое время, изобрел кинематографический язык. Он был очень язвительным человеком, что меня не смущало. Открою вам секрет: большинство его актрис попались ему в лапы, но не я! Я не могла. Мне не нравился его запах, а я слишком люблю Любовь, чтобы такое терпеть. Самое смешное, что все его актрисы: Анна Вяземски, Марина Влади и я – все мы девушки русского происхождения!

 Марио Джиротти, Маша Мериль и Пьер Брис
Марио Джиротти, Маша Мериль и Пьер Брис во время съемок «Нефтяного принца» (1965)

— В то время как остальной мир по сей день почитает Вас за участие в фильмах «новой волны», в Германии Вы стали известны благодаря экранизации Карла Мая «Нефтяной принц». Вы когда-нибудь читали эту книгу немецкого писателя?

Нет. Во Франции он почти неизвестен. Честно признаюсь, поначалу я полагала, что Карл Май — австриец, а не немец… Сегодня все думают, что первые европейские вестерны пришли из Италии, но Германия оказалась расторопнее. Впрочем, Лиззи, дочь переселенца, влюбленную в карточного шулера, воплощенного Марио Джиротти под псевдонимом Теренс Хилл, мне довелось сыграть только в сценах, где наш обоз захвачен индейцами или наш плот, дрейфующий через пороги, устремляется к водопаду.

— Получается, игра в «ковбоев и индейцев» не доставила Вам большого удовольствия?

Не особенно, потому что нам часто приходилось долго ждать. Каждое утро нас будили в 4 часа и из Сплита, еще задолго до ужасной гражданской войны являвшегося красивейшим городом, два часа везли к местам съемок в Крешево, Врлику или Радмановы Млиницы. Под платье я надевала невероятно плотный корсет, который едва не душил меня. К тому же хорватской весной еще очень свежо. Наши нервы подверглись серьезному испытанию. Мы, актрисы, не должны показывать, из какого теста сделаны.

Так же чувствовала себя и великая Антье Вайсгербер — ее Гретхен в легендарной постановке «Фауста» Густава Грюндгенса восхищались даже во Франции — а позже у нее сложились отношения с моим кумиром Оскаром Вернером. Мы подружились, несмотря на разницу в возрасте, и время от времени подшучивали над режиссером Харальдом Филиппом. Он был из военных. Актерское мастерство особого значения для него не имело. При этом он считал, что ради приключенческого фильма стоило рисковать жизнью.

 Во время съемок фильма -Нефтяной принц- в 1965 году
Слева направо: Велько Маричич, Маринко Чосич, Антье Вайсгербер, Маша Мериль и Марио Джиротти.
На съемках вестерна «Нефтяной принц» у реки Цетина в Хорватии (1965)

Сначала общие планы с плотом снимали на реке Цетина, затем крупные планы досняли в Берлине. Мы вынуждены были под «ковбойской» одеждой носить водонепроницаемые резиновые костюмы. Только Пьер Брис, придававший своему внешнему виду в роли Виннету больше значения, нежели мы, женщины, упорно отказывался: «Мой силуэт!» В водном бассейне порой бывало очень некомфортно, но гораздо большую опасность для меня представлял наш «Олд Шурхэнд» — актер Стюарт Грейнджер

 Съемочная группа фильма -Нефтяной принц- 1965 год
Короткий перерыв между съемками. «Нефтяной принц» (1965)

— Что вы имеете в виду?

О мертвых либо хорошо, либо ничего, но Грейнджера в съемочной группе никто не любил за его высокомерие. Хотя голливудской звездой он больше уже не являлся. Его карьера близилась к концу. Но на меня глаз он положил. Сказал мне прямо: «Ты такая красивая. Ты должна лечь со мной в постель!» Но это так и осталось его иллюзией. Однажды, когда мы снимались на вершине какого-то холма с многочисленными хорватскими статистами, исполнявшими роли «индейцев», у него случился приступ бешенства. Его к тому моменту испачканный шейный платок выглядел не таким, как прежде: «У меня был белый, а этот бежевый! У меня снова должен быть белый!» Кому-то из съемочной группы пришлось мчаться на машине в Сплит, чтобы раздобыть новый. Даже Леонардо Ди Каприо сегодня себя так не ведет.

— Каким был Ваш партнер по фильму Марио Джиротти?

Приятным. Это все профессиональные моменты. Во время съемок фильмов такого рода вы не работаете вполсилы. Но не всегда по ту сторону камеры стоят Годар или Бунюэль.

 Обложка журнала MON FILM - Жак Шаррье и Маша Мериль
Жак Шаррье и Маша Мериль в фильме «Горячая рука» / обложка журнала MON FILM (1960)

— Мешал ли Вам имидж «сладкой девочки», которого Вы придерживались в кино долгое время?

Жан Кокто однажды сказал: «Требуется много лет, чтобы стать молодым». Раньше во французских фильмах, благодаря крашеным волосам и косметике, я выглядела старше, можно сказать, вульгарнее. В действительности я не была такой целомудренной, как в «Нефтяном принце». И все же я не могла пуститься во все тяжкие. С тем же Стюартом Грейнджером… На мой первый фильм 1959 года режиссера Жерара Ури «Горячая рука» / La main chaude, где я, девятнадцатилетняя, заменила беременную Брижит Бардо и тотчас была взята в оборот, пришлось получить разрешение у моей мамы. Хотя, по сегодняшним канонам, фильм получился довольно пуританским. По совету Ури я также сменила имя с Марии-Магдалены Владимировны Гагариной на Машу Мериль, иначе с длинным русским именем я не сделала бы карьеры во Франции.

— Вы снимались и у Луиса Бунюэля…

О, это специфический опыт. Бунюэль любил писать сценарии, но не любил снимать, обходился без указаний актерам. Да и актеров он выбирал интуитивно, по лицу. В одной из его лент нам с Катрин Денёв пришлось играть сцену, смысл которой был совершенно непонятен. Я подошла и спросила: «Дон Луис, что означает этот диалог?» «Он зашифрован» — вот единственный ответ, которого мне удалось добиться. Лишь много позже, послушав «Волшебную флейту» Моцарта, я поняла, что это была масонская символика. Бунюэль, как и Моцарт, был масоном.

— Это правда, что Вы неоднократно отказывались сниматься у Феллини?

Правда. В его неореалистических фильмах актеры были еще востребованы. Но в его сюрреалистической фазе он уже интересовался не изображением людей, а лишь неким их «видом». Был ли кто-нибудь толстым или тощим, было ли у него перекошенное лицо… Тогда этот кто-нибудь мог получить у него роль как непрофессионал. Вместе с Джаном Витторио Бальди я несколько раз посещала Феллини на съемочной площадке на киностудии «Чинечитта». Он хотел заполучить и меня. Я сказала ему с благодарностью: «Вам нужны марионетки, а не актеры!» Говорят, он не возмущался моей прямотой.

 Маша Мериль на 72-м Каннском кинофестивале 14 мая 2019
Маша Мериль на 72-м Каннском кинофестивале 14 мая 2019 года / фото: © AFP, LOIC VENANCE

— Вы не только актриса, но и писательница…

Меня не очень интересует современное кино. Это больше бизнес с малой толикой искусства. Со времен «новой волны» настоящего нового кинематографического движения так и не возникло. Кино мне не хватало, и поэтому я начала писать книги — автобиографические, художественные, а также по кулинарии.

Я училась в Сорбонне, поэтому литература меня очень привлекала… Я всегда вращалась вокруг литературы, потому что для меня книги – это что-то очень большое. Может не такое возвышенное как музыка, попадающая прямо в сердце, но литература идет следом. Так что, для меня это всегда была почти недостижимая цель. Мне в этом году будет 80 лет, и в глубине души я понимаю, что это действительно была моя судьба. Моя жизнь начинается сейчас.

— Соня, героиня Вашей последней книги «Ваня, Вася и дочь Васи», — дочь казака. Она живет почти в нищете, сирота, но у нее неутолимая жажда жизни и интеллект, вызывающий восхищение окружающих…

 Обложка книги Маши Мериль -Ваня Вася и дочь Васи-
Книга Маши Мериль «Ваня, Вася и дочь Васи» в продаже с марта 2020 года

Иногда в ней можно найти что-то от меня. Это женщина пережила вторую половину XX столетия, проявляя интерес к миру и великим переменам своего времени. Я быстро поняла, что через нее могу говорить обо всем, что слышала и видела сама. Память — как сито, она хранит одно и убирает другое, и это не обязательно ваш выбор. Это происходит инстинктивно. Я хотела, чтобы моя героиня начала в самом низу социальной лестницы.

— У Вас тоже было трудное детсво?

Хотя я сама была дочерью эмигрантов, пониженных в классе перемещенных лиц, я не чувствовала себя обездоленной. У нас осталось несколько серебряных ложек с фамильным гербом. Конечно, быть дочерью эмигрантов требует определенной смелости. А смелость всегда рядом со свободой.

— У Вас есть какой-то секрет Вашего отношения к жизни?

Есть. Фундаментальный. Когда жизнь делает вам так (она имитирует жест «подойдите!», маня к себе указательным пальцем), вы должны идти и не бояться. Я думаю, что люди живут в страхе. Они боятся встреч, ограблений, лжи, отравлений… Боятся всего! Страх сужает границы существования. Вот я несколько раз разбивала себе нос, но не жалею об этом, потому что даже в тех историях, без которых я могла бы прожить, я кое-что узнала и приобрела. И это все суммируется. Среди авторов, которых я люблю, таких как Виктор Гюго и Колетт, я предпочитаю их поздние работы. Моя книга не является чрезвычайно амбициозной, но она подпитывается, она питается моей жизнью, и я не боялась взяться за эту тему.

— Вы не чувствуете себя одинокой??

Я не знаю, что такое одиночество. Как мы можем говорить, что мы одиноки, когда вокруг нас так много людей…

 Маша Мериль
Маша Мериль: «Я люблю красоту» /
фото: © Pascal Gascuel

СЕРДЕЧНО ПОЗДРАВЛЯЕМ МАДАМ МЕРИЛЬ И ЖЕЛАЕМ ЕЙ ВСЕГО САМОГО НАИЛУЧШЕГО!
Meilleurs voeux d’anniversaire!

 

При подготовке материала были использованы ресурсы: Payot.Ch, Spirit-Fanzine.De, ELLE France, Газета «Культура», Газета «Труд».

 
*** © Winnetou.Ru При полной или частичной перепечатке материалов ссылка (гиперссылка) обязательна


ДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ





ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ